February 19th, 2010

Раздолбай

У нас в автошколе был один инструктор с героической фамилией Винтовкин. Но знаменит он был не этим, а тем, что все время спал с открытым ртом. Посадит, бывало, какую-нибудь девочку за руль, скажет: «Поехали», как Гагарин, только что рукой не машет, а сам сразу засыпает. Девочка в руль лапками своими когтистыми вцепится, голову в плечи от страха вдавит, глаза выпучит, и туфелькой изящной норовит одновременно на все педали нажать, а Винтовкин молодец, ничуть своим видом не высказывает волнения, как кремень прям. Голову назад закинул, рот открыл и захрапел как тот красноармейский полк. Только ремнем заранее пристегнется – береженого Бог бережет, типа. Ну, и едет эта девочка, куда глаза глядят, хоть на красный, хоть через двойную сплошную, хоть с крайнего правого налево – йог спокоен. Уволили его потом, но несколько сотен водительниц он все-таки успел «подготовить» по своей спецметодике. Я их нет-нет, да и встречаю на дороге. Женщина за рулем такая и сякая, только виновата в этом не она, а товарищ Винтовкин и ему подобные. А таких товарищей у нас до хрена и больше, причем во всех отраслях народного хозяйства. Разгильдяйство раньше порицалось и высмеивалось, а сейчас становится нормой жизни, чуть ли не модой.

Девочка оформляет бумажки и не знает, как создать новый документ в экселе. Ей и так нихера не платят и работа у нее тупая, а еще я тут над душой сижу и в рот ей заглядываю. Не знает она как документ создать и все тут. Пялится в монитор, типа думает, а в глазах немой вопрос застыл: «Бля! Че делать?». Звонит в Оренбург и пытается в общих чертах обрисовать проблему сотруднику головного офиса. Но и тут засада вышла – сотрудник головного центра такая же девочка. Или мальчик, это сути не меняет. Посовещались они и пришли к выводу, что проблема не может быть решена в обозримом будущем. «У нас тут программа зависла», - произносит она сакраментальную фразу и советует съездить за бумажкой в офис на другом конце города. Или в Москву, или на Луну.

Приемный покой одного как бы солидного банка. На стене транспарант: «Уважаемые посетители! Запрещается пользоваться сотовыми телефонами в пределах офиса!» У меня зазвонил, я ответил. Подбежал охранник с ручным пулеметом, сделал яростные глаза и ткнул сарделькой в транспарант. Я загасился, и звук отключил – хозяин-барин, дисциплина превыше всего и все такое. Народ вокруг меня сидит пришибленный, пукнуть боится вслух, не то, что по телефону разговаривать. И тут одна девочка из клерков решает подружке позвонить, а то скучно че-то. У нее такая стойка высокая и она за ней спряталась, только макушка торчит, но слышно все замечательно: «Ой, да ваще, я тут прям извелась вся. Эта овца на меня заявление написала, прикинь! Прям ваще, ага. Я уже успокоиться не могу, пью успокоительное с чаем. А оно со спиртиком, ха! Прям ваще, ага! Вот овца!...» Не я один слушаю, вся очередь слушает, интересно же. «Ваще мне так все надоело! Ты бы знала, как я устала! Прям ваще! У нас тут ваще выдач нет… уже две недели прям! А прикинь, того помнишь, мы его анкету отправили, а они ее потеряли. Вот я ему звонила, а он трубку не берет, прикинь! Я Петру Кузьмичу сказала, типа, ниче, что у нас экспресс-кредит, а человек уже неделю ждет… А он че! Он ниче, ты же знаешь!» И в том же духе на 20 минут. Потом подходит к ней усатый дядька из руководителей среднего звена и бумажку в лицо тычет, она в трубку: «Ладно, Лен, давай, а то у меня тут люди» и дядьке усатому: «Нууу, Петр Кузьмич! Я не успела еще сделать! Ну, когда бы я успела, ваще?!»

Collapse )